Придется потесниться

Лента «Теснота» в этом году наделала шума не меньше, чем «Нелюбовь» Андрея Звягинцева. Фильм-дебют принес 26-летнему режиссеру Кантемиру Балагову престижные награды Каннского кинофестиваля и сочинского «Кинотавра»

Нальчик, 1998 год. В еврейской семье беда — похищают сына и его невесту и требуют неподъемный выкуп. Синопсис фильма «Теснота» обещает зрителю суровую драму об одном из самых страшных периодов в новейшей истории России со множеством сцен насилия и убийств. И во многом обманывает. Еще совсем молодой режиссер, ученик Александра Сокурова Кантемир Балагов снимает кино не о войне (хотя в основе сюжета — целый ряд реальных случаев, произошедших в те годы), а о мире. О любви (в противовес Звягинцеву), которой так много, что она душит в своих объятьях. Именно поэтому все внимание автора и зрителя сосредоточено на сестре похищенного юноши — Илане (великолепная роль актрисы-дебютантки Дарьи Жовнер): она тоже ощущает себя запертой, несвободной, только ее похитители — родители, семья, город, обстоятельства, традиции. «Семейные отношения — вопрос, который можно исследовать бесконечно, — рассказывает Кантемир Балагов. — Да, многое тут уже сказано, но в каждом случае есть какие-то нюансы, которые делают его уникальным. И мне кажется, в рассказанной нами истории есть что-то, что может быть новым, незнакомым широкому российскому зрителю. Для меня самого эта тема очень острая, личная. Близкие люди могут тебе сделать очень больно, просто потому что ты от них этого не ожидаешь. Показывал ли я этот фильм своим родным? Маме еще нет. Отец посмотрел, подошел, обнял. Кто-то из родственников даже всплакнул. В общем, реакция у них была хорошая, но, возможно, просто потому что это мой фильм». Если в объективности семьи еще можно усомниться, то уж точно нет причин не верить в искреннее восхищение строгого жюри каннской программы «Особый взгляд», наградившей Кантемира призом ФИПРЕССИ, или судей фестиваля «Кинотавр» (приз «За лучший дебют»). «Участвовать в киносмотрах очень приятно, — признается режиссер. — У каждого из них свой стиль, своя политика, свой experience. Каннский кинофестиваль — это индустрия, рынок: кино должно быть увиденным, а Канны — это мощное средство «пиара». «Кинотавр» открывает дорогу к российскому зрителю. Повторю, что все это приятно, но это не самоцель. Я не снимал фестивальное кино и не стремился понравиться жюри. Обычно, когда режиссер работает с такой задачей, это сразу чувствуется, с первых минут, и на фестивали он, как правило, не попадает. Главное — быть честным с самим собой». Кажется, что Кантемир и сам не ожидал обрушившихся на него славы, наград и статуса «самого талантливого режиссера своего поколения». На новосибирскую премьеру в кинотеатр «Победа» он прилетел после марафона из интервью, которые давал столичным телеканалам, модным журналам и деловым изданиям накануне выхода «Тесноты» в Москве. «Устал уже, конечно, — признался он во время съемки для «Дорогого удовольствия». — Пора с этим заканчивать и приступать ко второму фильму. У меня для него уже есть наметки, но когда ждать… Может быть, года через два. Картина расскажет уже о послевоенном времени, о 1946 годе, соответственно и стилистика, форма будут совершенно иными. Хотя посмотрим, состоится ли этот проект в принципе. Возможно, я пойму, что не смогу сказать на эту тему ничего нового и возьмусь за что-то другое. В будущем мне хочется попробовать себя в жанрах комедии, триллера и даже мюзикла… Все будет зависеть от истории. Пока меня интересуют проблемы людские».
Для аудитории старше 18 лет.

Фото : Александр Брежнев

Текст : Ирина Ковыляева