Развод по-русски

Анна Пармас — новичок с большим опытом: ее дебютному полному метру предшествовало множество ТВ- и киноработ. Именно она режиссировала легендарное шоу 90-х «Осторожно, модерн!» и клипы-фильмы группировки «Ленинград» (в том числе обожаемый публикой «Экспонат»). В соавторстве с Дуней Смирновой Анна писала сценарии картин «Кококо» и «2 дня». А сейчас настало время большого экрана: Пармас сняла комедию «Давай разведемся», в героях которой зрители легко узнают себя.

Маша и Миша давно вместе. Она — врач-гинеколог и с успехом пашет на работе. Он сидит дома с детьми, с душой исполняя «мамскую» роль. Однако семейный баланс, как ясно из названия, летит в пропасть, и тогда начинается самое главное — метаморфозы главных героев, за которыми наблюдаешь с искренним интересом.

Режиссер и сценарист «Давай разведемся» Анна Пармас лично представила своего «первенца» в новосибирской «Победе». Мы решили побеседовать с автором и узнать «детали бракоразводного процесса» из первых рук.

— Анна, в какой мере вы чувствуете себя по жизни Машей?

— Я очень даже чувствую себя Машей, которая носится по энному количеству работ и, собираясь в бассейн, забывает взять купальник. В принципе еще немного, и я забуду забрать детей из садика. Я вполне себе Маша… Когда делаешь фильм, особенно комедию, для того чтобы она получилась не высокомерной, не поверхностной (неким юмористическим скетчем на тему), надо себя в определенном смысле отождествлять с героиней. Когда себя от нее не отделяешь, смех получается правильный. Ты не считаешься ее дурочкой, а себя очень умным человеком, сидящим в стороне. Ты сама эта дурочка и есть.

— На фоне своего личного кризиса Маша парадоксально проходит путь от ломовой лошади к женщине…

— Мне хотелось показать, что одной быть нестрашно. Можно даже быть счастливой. Читала интервью одной голливудской актрисы: ее спросили, встречается ли она с кем-то, а женщина ответила, что находится в отношениях с самой собой. В английском языке есть даже некое устойчивое выражение для подобных отношений. Надо учиться тому, чтобы самой с собой было интересно.

— Это ваш режиссерский дебют в полнометражном кино, при этом у вас солидный опыт в индустрии кино и ТВ. В какой мере вы сами ощущаете себя новичком?

— Безусловно, ощущение дебюта присутствует, ведь с такой крупной формой я работаю впервые. И отличия, поверьте, существуют: сделать маленький фильм или снять полнометражный, в котором рассказываешь историю на протяжении полутора часов. И нужно это сделать так, чтобы зритель не заскучал и чтобы ты сам не потерял нить повествования. В короткой форме гораздо проще и интерес удержать, и мысль донести.

— Насколько это комфортная для вас история: быть одновременно и режиссером, и сценаристом фильма? Не возникает ли конфликтов с самой собой?

— На начальных этапах — никакого конфликта. Но на этапе монтажа режиссер вступает в противостояние со сценаристом. К счастью, мне удалось разрешить эту ситуацию, отказавшись от ряда эпизодов: фильм претерпел изменения с момента написания истории до финального монтажа. Многие линии, о которых мне хотелось рассказать как сценаристу, в итоге ушли — потому что я как режиссер увидела, что с ними киноконструкция становится шаткой. Есть желание рассказать и об этом, и об этом, и о том, а основная линия тем временем теряется… Я хочу подчеркнуть, что писала эту историю в соавторстве с двумя замечательными сценаристами — Машей Шульгиной и Лизой Тихоновой. Пока они видели только черновой монтаж, надеюсь, что готовый фильм их не разочарует.

— Вы писали сценарии совместно с Дуней Смирновой, сейчас вновь сделали сценарий в соавторстве. Расскажите, как происходят такие творческие «коллаборации»? Не возникает ли эффекта перетягивания одеяла, когда каждый хочет транслировать что-то свое?

— Такое совместное творчество, наоборот, идет на пользу делу. Конечно, есть сценаристы, которым удобно писать в одиночестве — дома, глядя в окно, или находясь на берегу моря — но исключительно из самого себя доставать идеи и диалоги. Эта стратегия часто бывает продуктивной, и многие поступают именно так. Но для меня работа в тандеме эффективнее. Благодаря моментам спора, столкновения точек зрения сценарий рождается быстрее и веселее. Это как спарринг — присутствует момент обратной связи. Главное — уметь в какой-то момент отказаться от своей идеи в пользу фильма.

— Когда вы увидели чистовой вариант ленты в кинотеатре — каким было ваше впечатление?

— Наверное, еще долго я не смогу смотреть этот фильм непредвзято — как зритель, что называется, свежим глазом. Поэтому в кинотеатре я воспринимала его через зал, то есть считывала реакции людей. Я могла не смотреть на экран, потому что знала каждую склейку и фразу, каждый брошенный взгляд и интонацию всех реплик. Надеюсь, что через какое-то время смогу воспринимать это кино и как зритель. Любопытно, какие ощущения я буду при этом испытывать.

— Когда вы писали сценарий, представляли, кто мог бы играть героев? В какой мере вы участвовали в процессе подбора актеров?

— Когда Маша у нас была абстрактной, писалось значительно тяжелее. Как только возник образ Ани Михалковой, дело сразу сдвинулось с мертвой точки – удалось преодолеть творческий ступор. Всё стало понятнее. А вот Мишу искали подольше. Мы не представляли, что им будет артист Филиппенко и тем более не представляли, что ради роли он поправится на 12 килограммов и отрастит усы. Счастье в том, что продюсером моего первого фильма стал Сергей Сельянов, который верит в энергию дебюта, поскольку режиссер отдает первой картине всё, что годами в нем копилось. В общем, какого-то особого давления в плане выбора артистов не было.

 

— Насколько к вашему фильму применимо жанровое определение «драмеди»?

— Думаю, вполне применимо. Рассматривая такую драматичную ситуацию, как развод, сделать чистую комедии вряд ли возможно. Но мне и хотелось того, чтобы в некоторых моментах было грустно. Но финал-то всё равно счастливый!

Текст : Екатерина Филиппова, Фото : Александр Брежнев