В институте новенький

На пике январских морозов Гете-Институт в Новосибирске представил своего нового директора. Впрочем, как признался Пер Брандт нашему журналу, сибирские холода кажутся ему более комфортными погодными условиями, чем индийская жара, а Новосибирск — более динамичным городом, чем многие европейские мегаполисы.

— Ваша первая реакция, когда вы узнали, что вам предстоит переехать так далеко на восток?
— «Вау, Сибирь!» — это было первое, о чем я подумал. Каждый может себе что-то представить, когда слышит это название. Самые частые ассоциации — холодно и далеко от всего, и некоторых европейцев это пугает. Для меня же Сибирь — красивый, разнообразный регион, и я нахожу все происходящее здесь увлекательным. О Новосибирске я немного слышал от
своей предшественницы (имеется в виду прежний директор Гете-Института в Новосибирске Штефани Петер — прим. ред.). С каждым днем я узнаю город все лучше: читаю книги, разговариваю с людьми, хожу на мероприятия. За актуальными новостями в медиа слежу с помощью моих сотрудников и переводчика Google Translate. К сожалению, мой русский не настолько хорош, чтобы справляться самостоятельно.
— Почему вы согласились возглавить Гете-Институт в Новосибирске?
— Когда я получил предложение поехать в Новосибирск, то почти не раздумывал. Это современный мегаполис, культурный и научный центр огромного региона, при этом динамично
развивающийся, чего уже не скажешь о многих европейских городах, которые в сравнении с ним выглядят статичными или пресыщенными. Кроме того, Россия интересна мне как в культурном, так и в политическом планах. Отношения с ней много значат для будущего Европейского Союза. Собственно, нельзя понять ее внешнюю политику, если не понимать саму Россию. И Новосибирск предлагает мне отличную возможность познакомиться со страной, что называется, через «черный ход». Это не Москва, и мне так даже нравится.
— Какие цели вы ставите перед собой?
— У Гете-Института два основных направления — это языковая и культурная работа. В первом случае у нас очень амбициозные цели по развитию: прямо в центре Новосибирска мы
предлагаем собственные языковые курсы, делая большую ставку на диджитализацию занятий. Очные курсы проходят в формате Blended-Learning, то есть с использованием современной техники и технологий. Кроме того, по всей России мы предлагаем линейку онлайн-курсов, такой формат обучения эффективен, например, для тех, кто живет за пределами больших городов. В области культуры мы фокусируемся на современном искусстве, инновативном в своей художественной форме и отвечающем общественным запросам. При этом мы не просто экспортируем немецкую культуру: нам намного интереснее формат диалога и кооперации. В идеале это должен быть обмен, взаимовыгодный для обеих сторон. У Новосибирска есть потребность в свободных пространствах для культуры и искусства, и я вижу наш институт как раз одним из таких мест.
— Именно в формате диалога будет выдержана выставка New Olds, которую Гете-Институт откроет в феврале. Чему она посвящена?
— Наша выставка исследует идею «нового» и «старого» в предметном дизайне, раскрывает природу отношений между традицией и инновацией: редизайн и ready made, традиционная обработка новых материалов и трансформация классических предметов дизайна. Основная часть экспозиции состоит из работ международных дизайнеров, а специально для Новосибирска она дополнена работами местных художников. Особенно интересными, на мой взгляд, являются творения Анастасии Кощеевой — молодого дизайнера, которая родилась в Сибири и сейчас живет в Берлине. Она работает с традиционным материалом — берестой, но способы ее использования выбирает очень современные.
— Какие еще проекты Гете-Института Новосибирск увидит в ближайшее время?
— На данный момент мы заняты планированием проектов в области урбанистики и городского развития. В Западной Европе сейчас можно наблюдать новую волну интереса к модернистской архитектуре советского периода. Будем налаживать связи и строить мосты в этом направлении, при этом в проекте речь должна пойти не только об истории, но и о том, как это явление влияет на современный и будущий облик городов.
— До приезда в Новосибирск вы работали в системе Гете-Института в Бангалоре, в Берлине. К чему легче привыкнуть — к сибирским морозам или индийской жаре?
— В Индии большая часть общественной жизни проходит на улице, в экстремальных климатических условиях. Во время тропической жары вряд ли кто-то сумеет похвастаться ясностью ума. А в Сибири можно просто одеться потеплее и остаться в помещении, если по-другому совсем никак. Так что от морозов себя уберечь проще, нежели от жары. Впрочем, зима здесь очень долгая, и как отразится на мне то, что придется меньше находиться на улице во время холодов, я пока не знаю.
— Вы живете в Сибири несколько месяцев. Чего вам больше всего не хватает?
— Новосибирск — город с высокими стандартами жизни, и я не могу сказать, что скучаю по большому количеству вещей. Да, неплохо было бы видеть на прилавках европейские сыры и чуть больше свежих овощей и фруктов. Но самым сложным на данный момент для меня является то, что я не знаю русского языка. Поэтому даже самые простые действия — покупка в пекарне, поездка на станцию техобслуживания автомобиля — превращаются в настоящее приключение. И еще я скучаю по чтению газет.
— У вас немецкие и датские корни. А кем вы себя ощущаете — немцем или датчанином?
— Я и немец, и датчанин — для меня одно не исключает другого. На практике такая идентичность зачастую оказывается гибридным конструктом. Немцы и датчане играли в моей жизни совершенно разные роли. Я вырос в Германии и работаю в представительстве немецкой организации, а датский — это язык, на котором я разговаривал с моей матерью. Кроме того, первые годы своей учебы я провел в Копенгагене. Все это — различные влияния, которые, я надеюсь, обогатили меня как личность. Возможно, это стало решающим при выборе профессии: я работаю в Гете-Институте не только из-за любви к Германии, но и из интереса к межкультурному диалогу — а это и есть основная функция нашей организации.

 

Текст: Ирина Ковыляева, Елена Носова. Фото: Александр Брежнев.